Из истории храма arrow Новости arrow Школа arrow От блаженного пастушка Тимофея к юродивому Николке
 
Последние новости
В помощь готовящимся ко Св. Крещению
Если вы решили покреститься или крестить ребенка, вам сюда,
Проблемы кладбища в Пушкинских Горах
Раздел сайта посвящен решению проблем содержания кладбища в Пушкинских Горах.
 
Популярное
 
Христос Воскресе!
 

Ин. 1: 1-17. В начале бе Слово, и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово. Сей бе искони к Богу: вся Тем быша и без Него ничтоже бысть, еже бысть. В том живот бе, и живот бе Свет человеком: и Свет во тме светит, и тма его не объят. Бысть человек послан от Бога, имя ему Иоанн. Сей прииде, да свидетельствует о Свете, да вси веру имут Ему. Не бе той Свет, но да свидетельствует о Свете. Бе Свет истинный, иже просвещает всякого человека грядущаго в мир. В мире бе, и мир Тем бысть, и мир Его не позна. Во своя прииде, и свои Его не прияша. Елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим бытии, верующим во имя Его. Иже не от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася. И Слово плоть бысть и вселися в ны, и видехом славу Его, славу яко Единороднаго от Отца, исполнь благодати и истины. Иоанн свидетельствует о Нем и воззва, глаголя: Сей бе, Егоже рех, иже по мне Грядый, предо мною бысть, яко первее мене бе. И исполнение Его мы все прияхом, и благодать воз благодать. Яко Закон Моисеом дан бысть, благодать же и истина Иисус Христом бысть.

Прочтите, что означают эти слова, читаемые в Пасху в храмах. Толкование блж. Феофилакта Болгарского.

От блаженного пастушка Тимофея к юродивому Николке

Печать
19:05:2011 г.

(Творческая история образа Николки в трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов»)
Автор: Федорова Ирина Игоревна,
ученица 11 класса МОУ "Пушкиногорская
средняя общеобразовательная
школа имени А.С. Пушкина"
Руководитель: Дмитриева Наталья Юрьевна,
учитель русского языка и литературы
МОУ "Пушкиногорская средняя общеобразовательная
школа имени А.С. Пушкина"














2011 год




План

I.Введение. К истории вопроса..............................................................3
II.Основная часть. От блаженного пастушка Тимофея к юродивому
Николке (Творческая история образа Николки в трагедии А.С.Пушкина
«Борис Годунов»).................................................................................4
1.Обзор литературы по теме «От блаженного пастушка Тимофея к юродивому Николке (Творческая история образа Николки в трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов»)»...................................................................................................4
2.Юродивые и блаженные.....................................................................4
3.Вороничский пастушок Тимофей и Николка.............................................6
4.«Обличители» и Николка....................................................................8
4.1.Иван Большой Колпак и Николка.......................................................8
4.2.Василий Блаженный и Николка.........................................................9
4.3.Никола Салос (Псковский) и Николка.................................................9
5. Значение образа Николки..................................................................11
III.Выводы.........................................................................................12
IV.Список литературы.........................................................................13
























I Введение. К истории вопроса

Трагедия «Борис Годунов» была написана А.С. Пушкиным в 1825 году в Михайловском. Автор поднимает в ней проблему власти и народа. Стремясь разрешить сложные противоречия современности, Пушкин обращается к истории России, чтобы в ней отыскать истоки общественного конфликта своей эпохи. Одним из персонажей, помогающим раскрыть основную проблему трагедии, является юродивый Николка. В письме к Вяземскому от 7 ноября 1825 года Пушкин пишет: «Юродивый мой, малой презабавный. <...> Жуковский говорит, что царь меня простит за трагедию - навряд, мой милый. Хоть она и в хорошем духе писана, да никак не мог упрятать всех моих ушей под колпак юродивого. Торчат!».
Изучая материал по данному вопросу, мы выяснили, что образ Николки собирательный, в основе образа лежит повествование о жизни известных юродивых, с жизнью которых Пушкин познакомился, изучая различные источники: «Историю Государства Российского» Н.М. Карамзина, древние летописи - «Святогорскую повесть», книгу псковского историка Николая Ильинского «Историческое описание города Пскова и его древних пригородов», слушая предания старцев о старине глубокой на Святогорских ярмарках, посещая древний Псков.
Цель работы: выяснить, насколько Пушкин следует историческим реалиям и традициям в изображении юродивого Николки.
Для достижения данной цели были решены следующие задачи:
- прочитана «Святогорская повесть» и трагедия «Борис Годунов»,
- изучена и проанализирована научная литература по теме исследования,
- проведен сопоставительный анализ образов прототипов и Николки.




























II Основная часть. От блаженного пастушка Тимофея к юродивому Николке. (Творческая история образа Николки в трагедии А.С.Пушкина « Борис Годунов»)

1.Обзор литературы по теме «От блаженного пастушка Тимофея к юродивому Николке. (Творческая история образа Николки в трагедии А.С.Пушкина « Борис Годунов»)»

Чтобы углубиться в эпоху юродства, в эпоху Иоанна Грозного и Бориса Годунова была изучена статья А.М. Панченко «Юродивые на Руси». Для определения роли юродивого Николки в трагедии «Борис Годунов» были использованы статья И.В. Мотеюнайте «Образ юродивого в «Борисе Годунове» А.С.Пушкина» и статья «К вопросу о выразителях «мнения народного» в трагедии А.С. Пушкина «Борис Годунов» (пушкинский юродивый и шекспировские шуты)». Для сравнения юродивых и блаженных были изучены такие источники, как статьи В.Ф. Бутриной «Юродивый Николка в трагедии А.С. Пушкина «Борис Годунов» и блаженный Тимофей по спискам и редакциям "Святогорской повести"» и Н.К. Телетовой «Святогорская повесть и отражение ее в «Борисе Годунове» Пушкина». Для толкования слов «юродивый» и «блаженный» были использованы толковые словари С.И. Ожегова, В.И. Даля, Д.Н. Ушакова, а также «Словарь исторический о святых, прославленных в российской церкви, и о некоторых подвижниках благочестия местно чтимых».

2.Юродивые и блаженные


К теме юродства Пушкина заставила обратиться работа над трагедией «Борис Годунов». Прототипами Николки были и блаженные Василий и Тимофей, и юродивые Иван Большой Колпак и Никола Псковский.
Юродивым на Руси называли либо человека, реально безумного, либо в силу каких-либо обстоятельств отказывающегося жить по правилам, предписывающим заботиться о собственном благополучии и благосостоянии, надевающего маску безумия.
В словаре В.И. Даля зафиксированы следующие значения слов "юродивый" и "блаженный": «Юродивый - безумный, божевольный, дурачок, отроду сумасшедший; народ считает юродивых Божьими людьми, находя нередко в бессознательных поступках их глубокий смысл, даже предчувствие или предвиденье», «церковь же признает и юродивых Христа ради, принявших на себя смиренную личину юродства, но в церковном значении юродивый иногда глупый, неразумный, безрассудный»[1, с.635]; «блаженный - благополучный, благоденствующий и благоденственный, счастливый; угодник Божий»[1, с.53]. Словарь С.И. Ожегова дает такое толкование: «Блаженный. 1.В высшей степени счастливый. 2. Глуповатый (первонач. юродивый)» [5, с.63], «Юродивый. 1. Чудаковатый, помешанный. У суеверных, религиозных людей: безумец, обладающий даром прорицания.» [5, с.1194]. А у Д.Н. Ушакова: «Блаженный. 1. Счастливый, невозмутимо радостный. 2. Глуповатый, чудаковатый (первонач. юродивый). 3. Название святых (церк.)» [14, с.41]. «Юродивый. 1. Глуповатый, чудаковатый, безумный. 2. Христианский аскет-безумец или принявший вид безумца и обладающий, по мнению верующих, даром прорицания (церк., религ.)» [14, с.1233]. Как мы видим, в словарях Д.Н. Ушакова и С.И. Ожегова слова «юродивый» и блаженный» синонимичны.
Словарь языка Пушкина близок по толкованию к словарю Д.Н. Ушакова слова "юродивый": «Христианский аскет-безумец, обладающий, по мнению верующих, даром прорицания».
По мнению исследователя А.М.Панченко, подтверждение которому он нашёл в Четьях Минеях, юродство - это маска, самопроизвольное мученичество. Блаженный же не надевает маску, не совершает бессознательных поступков. Он не является "безумным, божевольным, дурачком, отроду сумасшедшим".
И блаженный, и юродивый открыто говорят правду и сильным, и слабым. Но при этом блаженный проповедует ее в народе, не обличая, а юродивый именно обличает, не проповедуя. «Активная сторона юродства заключается в обязанности "ругаться миру", обличая грехи сильных и слабых и не обращая внимания на общественные приличия»[6, с.393]. Более того, юродивый презирает общественные приличия и ругается даже в Божьем храме.
Блаженный верит в свою правду, живет вместе с нею и делится ею с народом. «А юродивый - актер, ибо наедине с собою он не юродствует. Днем он всегда на улице, на людях, в толпе - на сценической площадке. Для зрителя он надевает личину безумия, «глумится», как скоморох, "шалует"» [6, с.394]. Но при этом он и режиссер, который руководит действиями толпы и делает ее участником действа.
Многие юродивые и блаженные ходили нагими и в зимний холод, и в летний зной. Обнажаясь, они показывали свое презрение к человеческой плоти.
Если блаженный просто говорит, проповедует, то высказывания юродивого различны. Они либо ясные, либо невразумительные, но всегда кратки: выкрики, междометия, афористические фразы. Язык юродивого отличался от речи толпы рифмой, которая должна была подчеркнуть особенность высказываний юродивых, мистический характер пророчеств и укоризн.
По мнению А.М. Панченко, «одна из форм протеста в юродстве - осмеяние порока и зла. Смех - опять-таки "сверхзаконное" средство, потому что в Православии он считался греховным. ...Осмеяние мира - это прежде всего дурачество, шутовство». [6, с.396].
В комментариях Л.Лотман к «Борису Годунову» находим: «В русской драматургии нередко образ юродивого играл роль, сходную с образом шута у Шекспира. Для этого были основания. Между положением шута и юродивого в обществе эпохи средневековья и последующих веков было немало общего. Пушкину эта ассоциация была близка. Размышления о том, что поэта ставят нередко в положение шута или безумца, преследовали поэта многие годы» [8, с.331]. В статье о пушкинском юродивом и шекспировских шутах литературовед А.Л. Штейн также сравнивает пушкинского юродивого с шутами В. Шекспира. «Для иллюстрации своей мысли он обращается к образу шута короля Лира, прежде всего имея в виду великих шекспировских шутов, то есть шутов трагедийных. ...Важно, что в этом сопоставлении А.Л. Штейн утверждает тождественность функции безумия в произведениях В. Шекспира и в «Борисе Годунове»: "Юродивый так же, как шут, пользуется своим особым положением невменяемого для того, чтобы прямо говорить, что он думает".» [7, с.37]. Действительно, юродивые похожи на шутов и поведением, и образом мыслей. Блаженные же не надевают "личину безумия", чтобы говорить правду.
Но, как и юродивый, блаженный - одиночка, отшельник. Он бежит всего мира, живя в одиночестве, чтобы "пребывать в слезной молитве". И только когда ему нужно объявить глас Божий, он идет в народ, в толпу.
«Классический юродивый - это протестующий одиночка. Такой тип обличителя вообще характерен для средневековья, для консервативного, медленно меняющегося общества.
Вообще, юродивый - неумолимый обличитель, который не признает смягчающих обстоятельств. Безнравственность для него всегда безнравственность, за кем бы она ни была замечена - за сильным или слабым. Поскольку юродивый протестует во имя гуманности, поскольку осуждает на пороки общественного устройства, то ему в принципе все равно, кого обличать - нищего или вельможу». [6, с.399]
Из статьи В.Ф. Бутриной мы узнаем о том, что в начале XX века иеромонах Алексий (Кузнецов) исследовал морально, социально и религиозно-психологически такой феномен подвижничества, как юродство Христа ради. «Характеризуя восприятие этого подвига в обществе, исследователь отмечал: "Но для человека, слишком далекого и от той среды, и от той жизни, какую рисуют прологи и Четьи Минеи, отречение от законов ума святых юродивых представляется странным, и они низводят их на степень психически расстроенных людей только потому, что они не подчиняются общей логике". Умственная деятельность святых юродивых не была бессознательной; напротив, она совершалась по предварительно обдуманным планам (днем юродствует, а ночью молится). Значит, внутреннее отношение к уму у святых юродивых было естественное. Они отрешались от ума только во внешней жизни. Определение это столь же применимо к юродству Христа ради или блаженству во Христе. Ради Христа - не всегда значит во Христе» [4, с.42-43].
Из всего сказанного можно сделать вывод, что пушкинский Николка - юродивый, обличитель, который не смотрит на то, кого обличать, но в то же время он и блаженный, так как он Божий угодник, молящийся за весь мир, глас Бога на земле.
А пастушок Тимофей - блаженный, поскольку он соединяет в себе все его черты: смирение, поиск уединения, удаление от общества, несение гласа Божьего, Истины в народ.



3. Вороничский пастушок Тимофей и Николка

Посещая Святогорский Успенский мужской монастырь, Пушкин, безусловно, изучал древнюю летопись, в которой излагалась история основания монастыря. Его возникновение связано с явлением вороническому пастушку Тимофею икон Божьей матери. Приписка к первоначальному названию трагедии звучит так «Писано бысть Алексашкою Пушкиным в лето 7333 на городище Ворониче». В приписке упоминается Воронич. Это наводит нас на мысль, что блаженный пастушок Тимофей, герой «Святогорской повести» был прототипом Николки. Ещё одна деталь нам кажется заслуживающей внимания: пастушку Тимофею являлись иконы Божьей матери; Николка в трагедии тоже упоминает имя Богородицы. Исследователь творчества Пушкина Н.К. Телетова, ссылаясь на текст «Святогорской повести», считает, что обижавшие Николку мальчишки появились в трагедии именно оттуда.
Из Словаря исторического о русских святых мы узнаем о пастушке Тимофее: «Тимофей, юродивый, упоминается в древней летописи, хранящейся в Святогорском Успенском монастыре Псковской епархии». [13, с.227] Из «Повести о явлении чудотворных икон пречистой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии в пределах псковских на Синичьей, ныне Святой Горе» узнаем о том, что в 1563 г. пятнадцатилетнему юноше, вороничскому пастуху Тимофею, считавшемуся юродивым, недалеко от реки Луговки, было явление иконы Богородицы «Умиление», находившейся в Вороничской приходской церкви. Она сказала, чтобы через шесть лет он пришел сюда и тогда увидит здесь Благодать Великую. Не сказав об этом и придя туда через шесть лет, он нашел при сосне стоящую икону Одигитрии. Спустя 40 дней глас от иконы повелел ему собрать народ и совершить крестный ход на неделе всех святых с иконою Умиления Божьей Матери из Воронича на Синичью гору.
Впервые юродивого Николку с блаженным Тимофеем сопоставила Н.К. Телетова. В своей статье «"Святогорская повесть" и отражение ее в «Борисе Годунове» Пушкина» она дает свое толкование образа Николки и его прообраза: «Юродивый Тимофей на всем протяжении своей недолгой жизни сталкивался с недоверием к своим простодушным и правдивым рассказам, призывам свершить крестный ход с иконой, как бы очнуться от спячки и вернуться к подлинной вере. Его унижают и высмеивают так, как делают это мальчишки с юродивым Николкой у Пушкина. ...Именно Тимофей в бесконечном своем одиночестве бьется с тупостью и равнодушием вполне внешне правильных обрядоверцев, крестьян своего прихода - церкви св. Георгия на Ворониче. Его провидение, его дар, его стремление творить добро отброшены и презрены ими» [2, с.78-79].
По ее словам, образ осмеянного и отвергнутого прорицателя впитал в себя Николка-юродивый у Пушкина. «Плачущий котенок его вещих снов и слов - это он сам, столь же доверчивый и беззащитный. Тимофей много и часто плачет - не столько от обид, сколько от радости, когда, в конце концов, толпа следует за истинами, им раскрытыми, исходящими от самой Владычицы. Он никак не обороняется от жестокости, и его оставленность людьми, беспомощность оказываются причиной жалости и доверия к нему Богоматери, в них источник его избранничества» [2, с.79].
Молчаливый, старательный, добрый пастушок Тимофей одарил пушкинского юродивого своими трогательными чертами.
Научный сотрудник музея - заповедника «Михайловское» В.Ф. Бутрина имеет другое мнение: «Да, пушкинский Николка - безумец, простодушен. Играя, дитя, он живет и действует, как дитя, - не обижаясь на насмешки мальчишки: "Здравствуй, Николка; что же ты шапки не снимаешь? (Щелкает его по железной шапке.) Эк она звонит!" Радуясь копеечке - хвалится: "А у меня копеечка есть". "Мысли и чувствования" Николки - это одновременно эгоцентризм аскета - безумца и эгоцентризм ребенка неведающего, что он творит.
Герой же «Святогорской повести» не юродствует. Он бежит мира, бежит улицы, ища уединения. По одному из списков повести бежит блаженный Тимофей и игр, и злых мальчишек: "...он же никако с ними игры не творяше, но бегая от них".» [4, с.40-41]
Если Телетова считает, что Николка - униженный и отвергнутый, то Бутрина говорит, что Николка - безумец.
С одной стороны, Николка - прорицатель, осмеянный и отвергнутый, с другой - он дитя, безумец. Но если Николка жалуется, обижается, то Тимофей, в отличие от Николки, не может, не умеет обижаться. Его, оставившего "скоты отца своего", встречают укорами и поношениями: «Одни назвали его безумным, другие побои ему наносили» [3, с.22]. «Но Тимофей приемлет их с благодарностью: "Он же с любовию приимаше и благодарне терпяше от них".
Тимофей от обиды не плачет - прибывает в слезной молитве. Ни у кого не ищет и не просит защиты.
Блаженный Тимофей - во Христе. А пушкинского Николку Борис пожалел: "...бедный Николка". Почему же бедный? Тимофей ни у кого не просит ни помощи, ни защиты. А Николка помощи и защиты просит у Бориса, который для него - царь Ирод: "Борис, Борис! Николку дети обижают". Просит у преступившего законы и человеческие, и Божеские - и получает милостыню» [4, с.41, 43]. Анализируя эти материалы, мы соглашаемся с мнением В.Ф.Бутриной.
Все юродивые, по свидетельствам современников, были весьма воинственны, агрессивны, а Николка простодушен и добр, в этом он близок к Тимофею. Да, Николка кажется нам беззащитным и униженным, он гоним и осмеян, но мы читаем у Пушкина, что он просит у Бориса зарезать мальчишек, которые отобрали у него копеечку, а потом обличает Бориса в убийстве: «Нельзя молиться за царя Ирода - богородица не велит». Мы считаем, что этим-то он и отличается от Тимофея.
Николка - юродивый, дурачок, а блаженного Тимофея нельзя относить к юродствующим Христа ради. Не был Тимофей и безумным, дурачком, каких в народе считали юродивыми, также и бессознательных поступков у Тимофея не было.
А Пушкин показывает реальное слабоумие своего юродивого, живо передает сбивчивость, обрывочность мыслей в песне, которую он поет, и в то же время болезненную сосредоточенность его на собирании копеечек; он создает ситуацию, в которой юродивый проявляет доверчивость и беззащитность по отношению к обижающим его мальчишкам; подчеркивает непосредственность его обращения к царю. Легкость, с которой юродивый переходит от просьбы к обвинению, вдруг вспомнив, что перед ним «царь Ирод», тоже характеристика его безумия. Но есть в этом обвинении постижение истины, которое делает его провидцем в глазах народа.
Чтобы спасти Новгород от нависшей беды, Тимофей советовал идти крестным ходом к чудотворным иконам, Архиепископ Пимен не поверил Тимофею и наказал за обман тюрьмой, где тот и погиб 21-го или 22-х лет отроду. Три раза отвергается попытка Тимофея пробудить в людях разум и совесть. Богоматерь Тимофея не защищает, и он умирает. Таким образом, при очевидных различиях в образах героев, мы находим много общего, что позволяет нам сделать вывод о том, что в основу образа Николки положен образ героя «Святогорской повести» блаженного пастушка Тимофея.
4. «Обличители» и Николка

Образ Николки в трагедии» Борис Годунов» собирательный. Прототипами можно считать трех исторических персонажей: Ивана Большого Колпака, Василия Блаженного, Николу Салоса. Их всех объединяет общая черта - обличение царей Ивана Грозного и Бориса Годунова. От Карамзина Пушкин знал, что все юродивые похожи, и это позволило ему совместить черты разных юродивых в одном образе.

4.1.Иван Большой Колпак и Николка

В письме к Вяземскому из Михайловского Пушкин просил прислать жизнь Железного Колпака или житие какого-нибудь святого. В Словаре историческом о русских святых мы нашли информацию об Иване Большом колпаке: «Иоанн, юродивый, названный большим колпаком, родился в Вологде. ... Из Ростова пришел в Москву, где ходил с распущенными волосами и почти нагой в жестокие морозы; предсказывал бедствия и торжественно порицал Бориса Годунова. Борис молчал и не делал ему ни малейшего зла, опасаясь ли народа, или веря святости сего человека» [13, с.119]. В статье Н.И. Грановской упоминается, что «своего юродивого Пушкин назвал Николкой.... Карамзин в X томе в связи с рассказом о Василии Блаженном пишет: "Уверяют, что современник Иоаннов, Василий Блаженный, подобно Николе Псковскому, не щадил Грозного...". Основываясь на этом упоминании, Б.П. Городецкий справедливо отметил, что "имя Николки Железного Колпака явилось результатом соединения имен Николы Псковского и Иоанна Большого (или Железного) Колпака".» [11, с.14]
Об Иоанне Московском, прозванном Большой Колпак или Водоносец, жившем в царствование Иоанна IV, Пушкин прочитал у Карамзина в « Истории Государства Российского»: «...носил кресты с веригами железными, на голове тяжелый колпак, на пальцах многие кольца и перстни медные, а в руках деревянные четки». В самой же «Истории...» повествование о блаженном Иоанне, основанное на его рукописном житии, Карамзин предварит словами: «Тогда же был в Москве юродивый, уважаемый за действительную или мнимую святость». Далее историк цитирует житие: «...с распущенными волосами ходя по улицам нагой в жестокие морозы, он предсказывал бедствия и торжественно злословил Бориса; а Борис молчал и не смел сделать ему ни малейшего зла, опасаясь ли народа или веря святости сего человека». Заключает же повествование следующая оценка историка: «Такие юродивые, или блаженные, нередко являлись в столице, носили на себе цепи или вериги, могли всякого, даже знатного, человека укорять в глаза беззаконною жизнию и брать все, им угодное, в лавках без платы: купцы благодарили их за то, как за великую милость».
Сведения о том, что Иоанн Большой Колпак "торжественно злословил Бориса; а Борис молчал и не смел сделать ему ни малейшего зла, опасаясь ли народа или веря святости сего человека", опубликованы лишь Карамзиным и составителями «Словаря о святых и угодниках» 1836 и 1862 годов издания. Как пишет В.Ф. Бутрина: «Позже они были изъяты, а вместо этого, со ссылкой на краткую рукописную запись при Покровском соборе, указывалось: "...встречаясь с Годуновым, говорил вслух: "Умная голова, разбирай Божьи дела. Бог долго ждет, да больно бьет"». [4, с.34].
Пушкинский Николка тоже носит вериги и железный колпак, а также злословит Бориса, но Борис этого не слышит:
(Входит юродивый в железной шапке, обвешанный веригами, окруженный мальчишками.)...
Царь
Оставьте его. Молись за меня, бедный Николка.
(Уходит.)
Юродивый (ему вслед)
Нет, нет! нельзя молиться за царя Ирода - богородица не велит. [9, с.248]

И Николка, и Иоанн Большой Колпак - юродивые, обличители. Но Иоанна Большого Колпака уважают в народе, боятся его, не смеются, верят в его святость. А Николку высмеивают, унижают, он гоним.



4.2.Василий Блаженный и Николка

Известно, что, создавая трагедию, Пушкин пользовался X и XI томами « Истории Государства Российского», в X томе он мог прочитать рассказ о Василии Блаженном. В Словаре историческом о русских святых читаем: «Василий, блаженный, христа ради юродивый, Московский, родился и воспитан в Москве. ... Уверяют, что Василий блаженный, подобно Николе Псковскому, не щадил Иоанна Грозного и с удивительною смелостию вопил на стогнах о жестоких делах его; но Василий блаженный преставился в 1552 г., следственно, не дожил до эпохи Иоанновых жестокостей.» [13, с.51]
В отличие от Николки, Василий Блаженный, или Василий Нагой, не носил вериг. В статье А.М. Панченко указывается, что Василий Блаженный обычно изображался обнаженным, по предписаниям иконописных руководств: «"Наг весь, брада курчевата, в левой руке плат, правая молебна". В красках старались выразить и нравственную идею наготы - на образах Василий был "телом смугл от солнечного горевания". ...» [6, с.394]
Если Николку гнали и смеялись над ним: «Николка, Николка - железный колпак!.. тр р р р р...», «Взяли мою копеечку; обижают Николку!» [9, с.247], то Василия Блаженного, как и Иоанна Большого Колпака, уважали, боялись и верили в его святость. Василий исцелял людей, нес волю Божью в народ, говорил правду.
И Василий, и Николка не щадили царей, говорили правду.


4.3. Никола Салос ( Псковский) и Николка

Посещая Псков, Троицкий собор, Пушкин мог слышать предания о Николе Псковском, который спас Псков от гнева Ивана Грозного. Известно, что у Пушкина в библиотеке была книга псковского историка Николая Ильинского «Историческое описание города Пскова и его древних пригородов». Н.Ильинский пишет: «Во Пскове слыхал я часто изустное предание, будто царь Иоанн Васильевич ехал во Псков для такого же наказания псковитян, как и новгородцев; но Николай Блаженный, коего гробница в Троицком кафедральном соборе, дал совет гражданам псковским, чтоб за городом все они государя встретили и чтоб по обеим сторонам дороги близ города поставлены были столы с кушаньем. Они, слушая сего совету и быв известны о строгости, какая оказана в Новегороде, как скоро государь к городу их приближился, вышли все от мала до велика на сретение, повергаясь пред ним ниц; государь, тронутый сим зрелищем, вышед из своей повозки пошел пешком, но на лице его примечен был великий гнев. Николай Блаженный, коего считали юродивым, сев в то время по обычаю детей на палочку, подъехал к государю, говоря беспрестанно: "Иванушко! Иванушко! Покушай хлеба и соли, а не христианской крови". Государь... оставил весь свой гнев на псковитян и, мало побыв, возвратился в Москву».
Несколько по-иному это предание пересказано в Словаре историческом о русских святых: «Никола, юродивый (Салос) Псковский. ... Когда царь Иоанн Грозный готовил псковитянам участь Новгорода, думая, что они хотели изменить России, Псков обязан был своим спасением начальствовавшему там доброму князю Юрию Токмакову и благочестивому отшельнику Николе, по прозванию Салосу. ... Предание говорит, что в это время Никола, под защитою своего юродства сев, по примеру детей, на палочку, подъехал к Иоанну, говоря беспрестанно: "Иванушко! Иванушко! покушай хлеба-соли, а не христианской крови". Государь приказал его схватить, но блаженный стал невидим. Сим пораженный Иоанн забыл гнев, слушал молебен в храме Троицы, поклонился гробу св. Всеволода-Гавриила и зашел потом в келью к старцу Салосу Николе, который не убоялся обличать властителя в кровопийстве и святотатстве. Пишут, что он предложил Иоанну в дар кусок сырого мяса, и когда Царь сказал: "Я христианин, и не ем мяса в великий пост," - пустынник ответствовал: - "Ты делаешь хуже: питаешься плотию и кровию человеческою, забывая не только пост, но и Бога!" Грозил ему, предсказывал несчастия и так устрашил Иоанна, что царь немедленно выехал из города; жил несколько времени в предместии, дозволил воинам грабить богатых людей, но не велел трогать иноков и священников, взял только казны монастырской и некоторые иконы, сосуды и книги. В архивской Псковской летописи сказано, что Иоанн, не внимая глаголам Николы, повелел у св. Троицы снять колокол и что того же часу паде конь его лучший по пророчеству святого. Иоанн вскоре после того возвратился в Москву.» [13, с.183-184]
Обращаясь к истории вопроса следует заметить, что Б. М. Федоров «в своем романе "Князь Курбский" первую главу I части ... назвал "Юродивый" и вывел в ней Псковского старца-юродивого Николу Салоса, который, встречаясь у Свято-Троицкого собора во Пскове с воеводой князем Курбским, вступает с ним в разговор, пророчествует и изрекает довольно плоские сентенции; вообще он обрисован бледно и бездарно» [10, с.534]. И в письме П.А. Плетневу Пушкин пишет: «Выписывайте меня, красавцы мои - а не то не я прочту вам трагедию свою. Кстати: Борька также вывел Юродивого в своем романе. И он байроничает, описывает самого себя!
- Мой Юродивый впрочем гораздо милее Борьки - увидишь». [10, с.172]
Ни Василий, ни Иоанн не удержали в трагедии своих имен - их вытеснил псковский Никола, но Пушкин употребил сниженно-ласкательную, уменьшительную форму имени - "Николка", так называют его мальчишки, и старуха, и царь, в этой форме отражается народное отношение к юродивому. Мальчишки же над ним издеваются: преследуют его, дразнят, отнимают копеечку.
В отличие от пушкинского Николки, над Николой Салосом не подшучивают. Н.К. Телетова в своей статье замечает: «Псковский Николай Салос (по-гречески - юродивый) сопрягался в сознании поэта со своим московским собратом, о котором Пушкин расспрашивал друзей в своих письмах к ним. Заметим, что над псковским Николаем и его московским собратом, который считается прообразом пушкинского, - никто не смел смеяться.» [2, с.78]
Если к пушкинскому Николке люди относятся по-разному, то по отношению к Николе Салосу у народа единое мнение: Салос - пророк, святой, целитель.
В статье «Юродивые на Руси» упоминается иностранный автор, англичанин Джером Горсей, который приехал в Россию в 1573 году: «"В Пскове был тогда один юродивый, которого тамошние жители называли пророком. ... Посредством волшебных очарований дьявола он делал много чудесных вещей. Его боялись и уважали как государь, так и народ, который всюду за ним следовал" » [6, с.406].
Записки Горсея очень важны, так как это единственный из иностранных авторов, кто видел своими глазами Николу Псковского и слышал, что Никола Салос бранил Иоанна Грозного кровопийцей и пожирателем христианского мяса. «Эта мимолетная фраза - источник того парадоксального жеста, который народная молва вскоре навечно связала с Николой Салосом и Грозным». [6, с.406]
И все же пушкинского Николку считают святым. «Николка на сцене представляет черты святого: он демонстрирует свою призванность и власть над собой только божественной воли (слова «богородица не велит»), а также народного заступника, моленника: он молится за грешных (помолиться за нее просит старуха; "Юродивый, вставай, / Богу помолися!" - обращается он сам к себе; со словами: "Молись за меня" оставляет его царь); и именно как юродивый он себя ведет» [12, с.].
Таким образом, подобно Николе Псковскому, обвинившему Грозного («Ты пьешь кровь человеческую»), Николка у Пушкина клеймит Бориса Годунова: «Нельзя молиться за царя Ирода, Богородица не велит». [9, с.248]






5. Значение образа Николки


Николка в трагедии не только колоритная фигура из русской жизни, но и носитель определенной авторской идеи. Нельзя не согласиться с мнением пушкиниста В.Ф.Бутриной: «В системе образов трагедии поэт отводит юродивому Николке чрезвычайно важную - в нравственно-психологическом аспекте - роль. Настолько важную, что есть все основания рассматривать Николкино простодушное: «нельзя молиться за царя Ирода - Богородица не велит» - выражение авторского мнения о суде над Годуновым: и Божиим, и народном» [4, с.36].
Пушкин, говоря его собственными словами, "воскресил век минувший во всей его истине", дал верное, правдивое изображение далёкого прошлого. Художественно-обобщённый образ Николки и обличение им царя соответствует воскрешаемой им эпохе. Наличие образа юродивого в исторической драме свидетельствует о популярности этого типа в допетровской Руси, но и говорит о необходимости его в русской духовной жизни XIX века. Вместе с тем, на историческом материале мятежной эпохи поэт поставил и попытался решить волнующие его вопросы времени: о характере русского самодержавия, об отношениях между царской властью и народом, о роли народа в истории. Разрешаются эти вопросы и с помощью образа Николки, которому Пушкин доверил выразить мнение народное.












III. Выводы
1. Создавая художественный образ Николки, Пушкин следует историческим реалиям и традициям:
- Николка - одиночка, отшельник;
- чтобы объявить глас Божий, Николка появляется среди народа, на площади;
- у него характерная для юродивых внешность: в железном колпаке, обвешанный веригами;
- он выделяется поведением: садится на землю, поет, говорит царю правду - обличает его;
- Николку окружают дразнящие его мальчишки, мы видим традиционную гонимость героя.

2. Образ Николки собирательный, в основе факты жизни реальных исторических юродивых - Ивана Большого Колпака, Николы Псковского и блаженных - Василия Блаженного, вороничского пастушка Тимофея.
Пушкинский Николка - юродивый, обличитель, который не смотрит на то, кого обличать, но в то же время он и блаженный, Божий угодник, молящийся за весь мир, глас Бога на земле.
IV. Список литературы


1. Даль В.И. Толковый словарь русского языка. Современная версия. - М.: Изд-во Эксмо, 2002.
2. «Звезда»1999 (вып. 6), Санкт-Петербург, 1999.
3. Листки Святогорского монастыря, выпуск №3, Святогорская повесть, Святые (Пушкинские) Горы, 2007г.
4. Михайловская Пушкиниана выпуск 41. Материалы научно-музейных Михайловских Пушкинских чтений «1825 год» и научной конференции «Пушкин и Британская культура. Пушкинский круг чтения». Сельцо Михайловское - Псков, 2006.
5. Ожегов С.И. Словарь русского языка: Ок. 53000 слов / С.И. Ожегов; Под общ. ред. проф. Л.И. Скворцова. - 24-е изд., испр. - М.: ООО «Издательство «Мир и Образование», 2008.
6. Панченко А.М.
Русская история и культура: Работы разных лет. -
Спб.: Юна, 1999.
7. Проблемы типологических и контактных связей в русской и зарубежной литературе, Красноярск, 1983.
8. Пушкин А.С. Борис Годунов/Предисловие, подгот. текста, статья С.А. Фомичева. Комментарии Л.М. Лотман. - СПб.: Академический проект. 1996.
9. Пушкин А.С. Собрание сочинений в 10 томах. М., Правда, 1981.
10. Пушкин. Письма. Т.1. Государственное издательство, типография Печатный Двор, Ленинград. Гатчинская-26.
11. Пушкинская эпоха и христианская культура по материалам традиционных христианских пушкинских чтений; составитель Э.С Лебедева, 1993. (выпуск III)
12. Русский язык от Пушкина до наших дней. Псков, 2000.
13. Словарь исторический о святых, прославленных в российской церкви, и о некоторых подвижниках благочестия местно чтимых. М.: Книга, 1990.
14. Ушаков Д.Н. Большой толковый словарь современного русского языка. - М.: «Альта-Принт», 2007.


Последнее обновление ( 19:05:2011 г. )
 

Добавить комментарий

При добавлении комментариев следует руководствоваться правилами приличия. Недопустимо сквернословие.

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:
Жирный Курсив Подчеркнутый Зачеркнутый Изображение Список Цитата


Защитный код
Обновить

Вопросы школьников священнику »

 
Опросы
Вы за возвращение исторического названия Святые Горы Пушкинским Горам

За установку КРЕСТА на въезде в Пушкинские Горы? ( Крест – хранитель всей вселенной)

Вас удовлетворяет уход за Казанским кладбищем, осуществляемый г.п. Пушкинские Горы посредством ЖКХ?

Вы поддерживаете меры антиалкогольной резолюции Всемирного русского народного собора?

RU-CENTER. Регистрация доменов. Хостинг RU-CENTER. Регистрация доменов. Хостинг

 
 
 
 
0.4008