На главную ‹ Жития Святых

Священномученик Вениамин (Воскресенский), епископ Романовский, викарий Ярославской Епархии

Священномученик Вениамин (в миру Василий Константинович Воскресенский) родился 15 января 1871 года в селе Переславцево Угличского уезда Яро­славской губернии в семье священника. Отец Константин был одарен большими му­зыкальными способностями, такими же спо­собностями оказались одаренными и его сыновья – все пятеро были регентами училищ­ных хоров, а один из них регентом архи­ерейского хора. В 1877 году отец Константин основал в селе начальную школу, кото­рая за отсутствием помещения расположи­лась в его доме; учительницей в ней стала его супруга, Александра Васильевна.

Первоначальное образование Василий получил в Ростовском духовном училище. С 1886 по 1892 год он учился в Ярославской Духовной семинарии, а с 1892-го – в Мос­ковской Духовной академии. Окончив академию в 1896 году, Василий Константино­вич в 1898 году был назначен помощником инспектора в Кутаисскую Духовную семи­нарию; здесь он преподавал русскую лите­ратуру и историю. В 1901 году его перевели в Тифлисскую Духовную семинарию. Оказавшись в Тифлисе, он окончил Тифлисское Императорское музыкальное училище по классу теории музыки. В 1908 году Василий Константинович был переведен в Вятскую Духовную семинарию, а через год – в Во­логодскую. В 1911 году он был назначен преподавателем Священного Писания и ру­ководителем семинарского хора в Ярослав­ской Духовной семинарии. В то время в сре­де духовенства Ярославской епархии возникла идея собирать капиталы на учреждение стипендии для студентов семинарии, чтобы бедность и недостаток средств не могли быть препятствием к получению об­разования; идея нашла многих сторонников и стала успешно осуществляться. Василий Константинович принял деятельное участие в этом и стал активным жертвователем.

Имея большие музыкальные дарования и прекрасную профессиональную подготовку, Василий Константинович принял горячее участие в развернувшейся в те годы в цер­ковной прессе полемике – состоять ли хо­ру из профессиональных певцов или стре­миться к церковным напевам унифици­рованными для всех храмов Русской Право­славной Церкви или оставаться местным различиям в напевах, как имеющим нема­лую самостоятельную ценность, так как в них зачастую запечатлелись благочестие и молитвенный настрой наших предков в большей степени, чем в некоторых произве­дениях, которые публиковались в нотных печатных сборниках.

Василий Константинович писал по этому поводу: «"Правильны" напевы древних, так­же "правильно" пение и позднейших твор­цов. Местные напевы не "уклонение", не "искажение" правильных печатных напевов; они такое же самостоятельное, местно-народное творчество, имеющее одинаковое право на существование, как и творчество древних... Как нередко в убогом деревенском храме, в глуши, у старца-дьячка приходит­ся слышать порой мелодию, которая отдает такой далью времени, такой девственной простотой, такой силой чувства, на которые не променяешь иной самой модной нотной мелодии нашего времени. Не попала такая мелодия в печатную книгу случайно, только потому, что ее никто не подслушал из тех людей, которые печатают книги».

Но самой важной и существенной для Василия Константиновича в церковном пе­нии была сторона религиозная. «Религиоз­ная цель, – писал он, – самая главная в церковно-богослужебном пении. Религиоз­ная цель – первая и последняя цель всего совершающегося в храме. Народ стоит и, как эхо, вторит несущимся мелодиям или же мысленно, безмолвно следит за ними и как бы складывает их где-то в душе своей, собирая запас церковных песен. С годами накапливается этот запас, образуя в конце концов знающих по памяти все общеупотре­бительное церковное пение. С раннего дет­ства слышались эти мелодии, из года в год повторялись они, врезались в слух, в па­мять. Из совокупности распевавшихся мелодий, вместе с чтением, со всем церковным распорядком, с внешней обстановкой созда­ется годами и глубоко запечатлевается в сознании, в душе соответственный религиоз­но-церковный уклад представлений, обра­зов, чувств, настроений, но где все на своем месте, все в стройном порядке, где давно проложены как бы хорошо проторенные тропинки, ведущие душу к небу, к Богу».

С проведением глубоких общественно-политических, но малопонятных крестьянам реформ, с началом войны 1914 года перед народом стало возникать все больше про­блем, которые требовали объяснения, и прежде всего с точки зрения религиозной, нравственной. В 1915 году архиепископ Ярославский Агафангел (Преображенский) организовал при Ярославской кафедре проповеднический кружок, в который были приглашены наиболее авторитетные и та­лантливые пастыри-проповедники, препо­даватели семинарии, и среди других Васи­лий Константинович. На участниках круж­ка лежала обязанность произносить пропо­веди за богослужениями в различных хра­мах епархии.

В 1916 году Василий Константинович был назначен членом издательского отдела епархиального просветительского Братства святителя Димитрия, а в начале 1917 года он был приглашен принять участие в разра­ботке проекта нового устава Братства. По­мимо организации церковного хора в семи­нарии Василий Константинович организо­вал церковный хор у себя на родине в селе Переславцево.

После закрытия семинарии во время без­божных гонений в 1918 году Василий Кон­стантинович стал работать в общеобразова­тельной школе в городе Ярославле. В 1919 году собрание духовенства и мирян Ярославской епархии выбрало его в члены Епархиального Совета.

4 июня 1921 года съезд духовенства и мирян Тутаевского уезда избрал Василия Константиновича кандидатом на кафедру епископа Тутаевского. В 1921 году Василий Константинович был пострижен в мантию с именем Вениамин и хиротонисан во еписко­па Тутаевского, викария Ярославской епар­хии, став одним из ближайших помощников митрополита Агафангела. Тутаевская паст­ва во владыке Вениамине обрела одного из ревностнейших архиереев, который своим истовым богослужением, праведной жиз­нью, дарами проповеди и рассуждения при­влек к себе сердца многих верующих: они увидели в нем не столько церковного администратора, сколько самоотверженного по­движника, подобного древним архипасты­рям-христианам. Впрочем, это было доволь­но обычным явлением для двадцатых годов, когда Русская Православная Церковь гоне­ниями стала очищаться от недостойных и малодушных людей и архипастырями становились истинные служители Христовы, восприявшие впоследствии с архипастырст­вом и мученичество.

В июне 1922 года ОГПУ арестовало мит­рополита Ярославского Агафангела в надеж­де, что вся власть церковная перейдет к об­новленцам, но православное духовенство Ярославской епархии обратилось с письмом к епископу Вениамину, в котором писало, что в отсутствие митрополита Агафангела главой Православной Церкви в епархии признают только его. Вслед за этим, летом того же года, епископ Вениамин был аресто­ван. 15 октября 1922 года состоялось собра­ние духовенства и мирян Ярославля, в кото­ром приняло участие около трех тысяч человек. Собрание заявило о своей верности православию, об отвержении обновленческо­го ВЦУ и постановило признавать правящим епископом владыку Вениамина. Епископ Ве­ниамин находился в это время в тюрьме, и власти попытались обвинить его в организа­ции собрания, но доказать это они не смог­ли.

Владыка был обвинен в использовании религиозных предрассудков масс с целью свержения рабоче-крестьянской власти и приговорен к семи годам заключения. В 1922 году в связи с 5-летним юбилеем советской власти срок заключения был сокращен, и в 1926 году епископ был освобожден и вернул­ся к служению. Посещая часто сельские приходы Тутаевского уезда, он везде произ­носил проповеди. Для усиления проповедни­ческой деятельности, в которой теперь за отсутствием школ и сосредоточивалось все церковное просвещение, он брал с собой наиболее одаренных проповедников-священников. ОГПУ через многочисленных ос­ведомителей вело наблюдение за епископом, накапливало материалы и готовилось его арестовать.

Характеризуя Владыку, сотрудники ОГПУ писали о нем: «Хороший оратор. Вы­ступает часто с проповедями, в которых ис­пользует всякий удобный случай для анти­советской агитации. Так 1 января 1926 года в проповеди о Царстве Божием в церкви Власия в Ярославле коснулся гражданского права, называя всякую власть насилием... Настоящее же правительство насилует со­весть, что также было и в царское время.

16 января в той же церкви за всенощной в проповеди высказался, что никакая рево­люция без Христа не будет сильна и всякая власть сначала старается о собственном благополучии, а потом только уже думает о благе народа. И вообще вся речь носила по­громный характер, с целью возбуждения верующих против безбожной власти. Моля­щихся было много, так как вообще на его богослужения стекаются верующие.

Проезжая по Ярославскому уезду, Вени­амин в феврале в селе Давыдково в течение трех дней совершал богослужения, при ко­торых церковь была полна народом; высту­пая в проповедях, он не упустил случая пуститься в критику мероприятий советской власти, сопоставив Церковь, как оплот нравственности, с клубами, где детей при­учают к разврату... Население восторгалось его проповедями, относясь к нему как к бо­жеству, сравнивая его с мучениками, в связи с его прежней судимостью…

В результате гастролей Вениамина в Ры­бинск, где он также выступал с проповедя­ми, в Ярославский отдел ОГПУ в мае меся­це поступило заявление от Спасской авто­номной общины о недопущении вторичного приезда в Рыбинск Вениамина, так как он своими проповедями будоражит верующих, натравливая одно течение на другое, и под­рывает авторитет обновленчества как со стороны религиозной, так и со стороны гражданской – прозрачными намеками на благосклонное отношение власти к обнов­ленчеству, что уже имеет политический характер. И вообще на всем протяжении цер­ковной деятельности епископа Вениамина красной нитью проходит его борьба с совет­ской властью на религиозном поприще, в которой через проповеди он твердо прово­дит свою линию едкой критики мероприя­тий советской власти в религиозном вопро­се, с целью возбуждения умов верующих. Свою борьбу по этому вопросу он даже не особенно старается скрыть, заявляя офици­ально, что советскую власть признает, "кро­ме религиозной политики".

11 июня в городе Пошехонье-Володарске, в местном соборе, во время всенощной епи­скоп Вениамин произнес проповедь, носив­шую погромный характер. Содержание про­поведи сводилось к резкой критике коммунистической партии, внедряющей неверие в широкие массы населения. Делая в ней ссылки на ученых... которые твердо верили и признавали Бога, и противопоставляя их коммунистической партии, называл членов последней межеумками и неучами, позволя­ющими себе отрицать Бога и за это навле­кающими страдания на себя и на всех окру­жающих.

12 июня в местном соборе города Пошехонье-Володарска епископом Вениамином совершалась служба при участии местного городского духовенства, а также и духовен­ства окрестных сел. Всего участвовало в богослужении около 10 попов и 4 диакона. Во время богослужения архиерейский диакон на возгласах поминал царя, а именно: "Гос­поди, силою Твоею да возвеселится царь и о спасении Твоем возрадуется зело".

Присутствовало значительное число молящихся, по большей части из среды мещанства, кула­чества, чиновничества, несколько рабочих и порядочное количество технических работ­ников учреждений.

По окончании обедни епископ Вениамин обратился к народу с проповедью, произ­ведшей на присутствующих, в особенности на женщин, очень большое впечатление, до­пускал в таковой антисоветскую агитацию, так как убеждал не верить "этим безбожни­кам, что нет Церкви, Церковь внутри нас. Будьте стойки за веру православную, не верьте этим глупцам, ибо учение их есть еретическое и приведет к гибели нашу страну…"

Во время пребывания епископа Вениами­на в Пошехонье-Володарске 12 июня днем ему был устроен почетный обед в местной гостинице, на котором присутствовали все духовенство Пошехонье-Володарска, несколько священников из уезда, а также чле­ны церковноприходских советов городских церквей.

Перед обедом епископу Вениамину была преподнесена икона Святой Троицы и 150 рублей денег от соборной общины. Здесь с приветствием Вениамину выступил бывший преподаватель Ярославской Духовной семи­нарии Торопов.

В своей ответной речи на приветствие Вениамин сравнил современное положе­ние страны с Содомом и Гоморрой, говоря, что "безбожники ведут всех нас к гибели, но если найдется все же незначительное число праведников, то возможно избежать гибели..."».

Вечером 12 июня 1927 года епископ Ве­ниамин был арестован и заключен в тюрьму в городе Ярославле. Следователь ОГПУ по­требовал от епископа, чтобы тот рассказал о своих поездках по уезду, а также какого содержания проповеди он произносил в хра­мах и что он может ответить на разного ро­да свидетельства против него, которые име­ются в распоряжении ОГПУ.
.................................
Игумен Дамаскин (Орловский)
«Реутов православный», № 2(8), февраль 2005 г.

Подробнее можно прочесть на сайте РЕГИОНАЛЬНОГО ОБЩЕСТВЕННОГО ФОНДА ПАМЯТИ МУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

 ←  Священномученик Василий (Крымкин), священник

Священномученик Павел (Березин), священник  →